Во многих странах мира отметили День солидарности с Беларусью. Провести его призвала один из лидеров белорусской оппозиции Светлана Тихановская. Седьмого февраля исполнилось полгода со дня начала протестов в Беларуси.
О развитии ситуации в стране мы поговорили с политологом Валерием Карбалевичем.
Ваш браузер не поддерживает HTML5
Политолог Валерий Карбалевич – об итогах белорусских протестов
– Мы больше не видим десятков тысяч людей на маршах. Как вы оцениваете то, что сейчас происходит в Беларуси с протестным движением?
– Видите, протестное движение, особенно массовые акции протеста, как правило, не могут работать в долгую по самой своей природе. На спад масштабов протеста повлияло несколько факторов: и зима, и COVID, и жестокие репрессии, фактически свыше 32 тысяч человек было арестовано за полгода. Последнее десятилетие Восточная Европа не знала таких масштабных репрессий. Это вызвало, кстати говоря, достаточно массовую политическую эмиграцию из Беларуси. То есть политические репрессии работают и дают свой эффект.
Ну и самое главное – это то, что люди устали, что держать долгое время десятки, сотни тысяч людей в таком мобилизационном напряженном наэлектризованном состоянии невозможно. Именно поэтому мы наблюдаем сегодня вот такой спад, фактически протест приобрел какие-то партизанские методы, когда люди проходят по улицам в темноте группами, пряча лица, либо где-то на окраинах города, выступая под бело-красно-белыми флагами. Но поэтому происходит, естественно, спад.
– И что, получается, Лукашенко до конца этого срока так точно пробудет?
– Ну, знаете, я не астролог, чтобы предсказывать так далеко вперед. Тем более, что огромное количество факторов неопределенности сегодня влияют на ситуацию в Беларуси: и действия самих властей, и внешнеполитические факторы, и события в России, и проблемы экономики – поэтому все будет зависеть от сочетания этих факторов. Поэтому я не могу дать оценку, не могу дать прогноз.
– То есть в этом остром противостоянии "Лукашенко и улица" он, получается, победил?
– На этом коротком отрезке истории Лукашенко пока одержал временную победу. Он считает, что он одержал постоянную. Но власти сами готовятся к горячей весне.
– Говорили об этом они по крайней мере сами не раз.
– И пытаются до весны как можно больше уничтожить всю инфраструктуру протеста, посадить в тюрьму наиболее активных его участников, ну и вытеснить за границу, принудить к политической эмиграции людей, активистов, которые потенциально могли бы активно участвовать и даже возглавлять эти протесты. Такова логика властей.
А политические репрессии усиливаются. И я думаю, что одна из функций Всебелорусского народного собрания, которое будет на следующей неделе, – это легитимизировать политические протесты, и после этого политический режим будет эти протесты осуществлять, ссылаясь на дескать волю народа.
– Уже на этой неделе, 11-12 февраля, нет разве?
– Да-да, на этой неделе.
– Да, уже в этот четверг-пятницу. Вы понимаете, для чего это: оправдать это изменение Конституции, ввести возможно некую новую должность для себя, а президента сделать таким марионеточным каким-то шутом в стране, или для чего?
– Судя по всему, Конституцию менять не будут на этом Всебелорусском собрании. Более того, как сказал Лукашенко, проект Конституции будет готов к концу 2021 года. То есть, судя по всему, конституционная реформа вообще спускается на тормозах. Конституционная реформа была элементом компромисса с обществом. Теперь, когда Лукашенко решил, что он одержал победу, никакие компромиссы с обществом ему не нужны.
А у Всебелорусского народного собрания тут несколько функций, несколько задач оно выполняет. Первая – дополнительная легитимизация власти Лукашенко, то есть президентские выборы не дали такой легитимизации, вот попытка использовать Всебелорусское народное собрание плюс социологический опрос, чтобы дополнительно легитимизировать его власть. Затем мобилизация номенклатуры, своего электората в борьбе против протестующего народа.
Затем, опять же, если бы это собрание не было бы проведено, то номенклатура подумала бы, что что-то не так, вот каждый раз в пять лет проходило собрание, а теперь его нет. Лукашенко хочет убедить, что ничего не изменилось, все происходит по-прежнему, сохраняется статус-кво. И самое главное – Лукашенко получил тяжелую психологическую травму летом и осенью от этих протестов. Психологическая самотерапия.